«Единственное, что я смог сделать – закричать. Но из горла вырвался лишь писк»
В жаркий июльский день 1977 года на стройке едва не случилась трагедия: сварщик получил мощнейший удар током – его жизнь спасли лишь мгновенная реакция коллег и счастливая случайность. В деталях произошедшего, пережитых ощущениях и том, как чуть не оборвалась его жизнь, краевед Дмитрий Лемасов рассказал спустя годы. Подобных случаев на стройке ГЭС - стратегически важного объекта для автограда - была масса.
– Переодевался в свою сварочную спецовку, кожаные ботинки и все остальное, что положено при сварке, – вспоминает он. – Под низ куртки надел рубашку с коротким рукавом, чтобы было попрохладнее. Предстояло работать на самом верху «бычка» – конструкции высотой девять метров.
Сначала мастер поднял наверх все необходимое: пенал с электродами, держак и щиток.
– Благополучно спустился вниз, – продолжает рассказчик. – Совсем недалеко от меня возились с баллонами монтажники, они заряжали резак. Мне оставалось только настроить и распустить сварочный кабель, а затем поднять его на «бычок».
Для подъема тяжелого кабеля бригада использовала самодельный крючок – скрученный из отбитого от обмазки электрода.
– Конец кабеля всегда очищали от изоляции на 10–15 см, – поясняет Лемасов. – Пока я настраивал оборудование, заметил, что куртка на сгибах локтей мокла от пота. На тот момент не обратил на это внимания, о чем позже пожалел.
Включив сварочный выпрямитель ВКхм 1000 (мощность – 1000 А), он полез наверх с кабелем.
– Поднимаясь, прижал согнутую в локте руку к арматуре, чтобы надежнее держаться, – восстанавливает он события того дня. – Другой рукой, в рукавице, держался за крючок кабеля. Поднялся примерно на 5 метров, и тут моя голая правая рука до половины локтя случайно соприкоснулась с концом кабеля.
В тот же миг тело пронзила мощная волна тока.
– Почувствовал, как по телу проходит мощная волна сварочного тока, – рассказывает он. – В глазах заплясали огоньки, язык «заострился», оказался парализован. Единственное, что смог сделать – закричать. Но из горла вырвался лишь писк.
Сколько длилось шоковое состояние, мужчина не помнит.
– Очнулся уже на досках, – признается он. – Все тело было во власти тока, пока ко мне не подкатились двое монтажников. Они помогли снять натяг, зафиксировав за монтажный пояс, и положили на доски. ВКхм 1000 – очень мощный аппарат, напряжение холостого хода 80–100 В, что смертельно опасно, – объясняет сварщик механизм трагедии. – На багажнике был включен доводный сварочный ток – 200 А. Если бы моя левая рука была сухой, цепи бы не возникло. Но спецовка промокла от пота, ток пробился на арматуру, которая стала массовым проводом. Возникла стойкая электрическая цепь.
Спасение пришло благодаря монтажникам.
– Если бы не они, я либо висел бы на «бычке», либо грохнулся вниз, — признает мужчина. – Вот так и получилось, что я чуть в тот день не родился дважды.
Вечером герой рассказал жене Кате о происшествии, смягчив детали. О реальной опасности не стал говорить, чтобы не расстраивать. Супруга прекрасно знала, чем опасна стройплощадка.
По словам Лемасова, удары током на стройке случались нередко. Особенно в сырую погоду, когда попадали под дождь. Рукавицы промокали, электроды были сырые. Иногда приходилось зажимать сырой электрод подмышкой, чтобы вставить в держак.
По материалам книги краеведа Дмитрия Лемасова «Давай закурим товарищ, по одной… Воспоминания строителя Нижнекамской ГЭС».
Проект «4по100» реализуется в партнерстве с Группой Компаний «Профит»
